Презентация книги Эдуарда Лимонова «Девочка с желтой мухой» (М.: Ад Маргинем Пресс, 2016)
Лимонов: литератор vs политик
Что сказать о поэтическом вечере? Один человек, предположим мужчина, сидит на стуле или стоит на сцене. Читает стихи. Один за другим. Люди, пришедшие послушать автора, сидят за своими столами, пьют кофе и водку, некоторые что-то едят. Так и слушают час-полтора, периодически хлопая в ладоши, потом берут автограф и едут домой, читая новую книжку поэта. Знакомым потом рассказывают о том, насколько автор оправдал ожидание, что кофе был не о чень и ещё что-нибудь .
3 октября в кафе «Дача на Покровке» выступал по-настоящему редкий гость, почти динозавр. Несмотря на канувшую в небытие НБП и молчаливую «Другую Россию», Эдуард Лимонов продолжает вести отшельнический образ жизни и не бывает на литературных вечерах, поэтических тусовках и других культурных мероприятиях. И вот дошёл, да ещё и с новым сборником стихов «Девочка с жёлтой мухой». Сборники, к слову сказать, выходят у Лимонова с завидной регулярностью. В общем, как и автобиографическая проза. Его книги часто попадают в литературные обзоры, о них пишут и говорят.
Я сворачиваю в Подколокольный переулок с Покровского бульвара, прохожу через двор и захожу в «Дачу на Покровке». Столы уже зарезервированы, книги Лимонова уже ждут покупателей, автора ещё нет. Но по лицам организаторов и гостей видно, что мероприятие будет не рядового порядка.
Начнём с людей. Я редко бываю на вечерах в «Даче», но, думаю, аудитория не сильно отличается от гостей чтений в «Китайском лётчике», «Жан-Жаке» или бывших ОГИ. 3 октября она точно была другой. Вроде бы, всё как обычно. Вот Данил Файзов несёт кому-то пару рюмок, вот Иоанн Демидов предлагает купить книги, а вот и филологи-писатели-поэты-критики сидят и смотрят. Но соратники Лимонова видны издалека. Они бросаются в глаза. Профессиональные литераторы и обычные читатели, поклонники автора, блекнут на их фоне.
Вечер начался с аккуратным опозданием на полчаса. Эдуард Вениаминович читал не долго, около часа. Автор прочёл тексты из нового сборника «Девочка с жёлтой мухой», несколько совсем новых стихов и старые работы. Стихи Лимонова не будут разбирать литературоведы, в них мало по-настоящему поэтичного. Они простые и бойкие, понятные неподготовленному читателю. Некоторые можно назвать по-своему хамскими, другие покажутся довольно политизированными. Но Лимонову и не нужно признание со стороны профессионалов. Как говорит сам писатель, он уже занял своё железное место в литературном пространстве и не собирается ничего доказывать. Стоит отметить, что гости не задавали вопросов о литературе, даже не удосужились спросить о банальных вещах — типа влияния политики на литературу, вдохновении и т. д. Только о жизни, по большей части в тюрьме[1]. Нельзя точно сказать, как Лимонова-поэта принимает литсообщество — все хлопают, обсуждают, но порой посмеиваются. Одно точно — его уважают. По окончании чтений каждый второй гость норовил не только взять автограф, но и напомнить о старых встречах, типа: «Мы вот с вами, Эдуард, виделись в 1995 в Нижнем Новгороде, помните?»
Надо отметить, что Лимонов очень красиво вписывается в литературный формат. Он на своём месте. В СМИ его фамилия чаще фигурирует в новостях литературы, а не политики. Сегодня, когда политику-поэту уже 73 года, он похож скорее на интеллигента, нежели на революционера. И хоть Лимонов открещивается от общества литераторов, ему здесь, похоже, рады. Неформального общения с автором практически не было. После чтений, ответов на вопросы про тюрьму и автограф-сессии Эдуард Лимонов в окружении верных товарищей покинул «Дачу на Покровке».
Сергей Шпаковский
Ответы на эти вопросы оказались за пределами статьи. Пунктиром основное и парадоксальное. В тюрьме, по словам Эдуарда Вениаминовича, ему было невероятно интересно, здорово, такое метафизическое приключение, написано шесть-семь книг (на наш взгляд, эта история, как и эмиграция, и Югославия, и НБП возникла в жизни Лимонова по такому же принципу игры в мальчишество). «Трудно, тоскливо тому, кто каждый день вычеркивает в календарике, сколько еще сидеть», — заметил писатель. Узнав, что в лефортовской тюрьме находится Салман Радуев, очень просился к нему. «Интересно было бы пожить в одной камере с Радуевым — такая бы книга получилась! А вообще я писателей не люблю, скучные они, никого не убили!» (Прим. ред.)
